Новое дело (Махачкала) 16.03

Сайгид Муртузалиев : «Я четко знаю, что нужно делать»

Ахмеднаби Ахмеднабиев 
В течение последних лет город Кизляр и одноименный район неоднократно оказывались в центре внимания мировой, российской и дагестанской общественности и прессы. Началось все холодной зимой 1996 года, когда на город напали боевики Салмана Радуева. Они заняли здание больницы и взяли в заложники около двух тысяч человек. В результате завязавшихся боестолкновений были убиты 25 мирных жителей и девять военнослужащих. Затем «известность» Кизляру принесло жесткое противостояние между первым и последним председателем Госсовета Дагестана Магомедали Магомедовым и так называемым «северным альянсом» в составе отдельных знаковых политических и административных фигур Хасавюртовского и Кизлярского районов. Летом 2005 года сюда переселилось около трехсот семей беженцев из станицы Бороздиновская Шелковского района Чечни, которые разбили палаточный лагерь «Надежда» рядом с Кизляром. Причиной столь массового исхода стала «зачистка», в результате которой без вести пропали 11 молодых людей, были сожжены несколько домов, а одного старика неизвестные в камуфляже расстреляли в собственном доме. Ротация власти в феврале 2006 года, когда пост первого президента Дагестана занял бывший спикер парламента Муху Алиев, вроде бы принесла долгожданное успокоение в регион, но события недавних дней опять взбудоражили кизлярцев. На последней сессии Народного собрания, в преддверии очередной избирательной кампании, назначенной на 11 марта, Алиев заявил, что «главой района должен быть русский, как это было до сих пор». И это при том, что реальную конкуренцию действующему главе МО «Кизлярский район» Николаю Еремеееву составлял уже зарегистрированный в качестве кандидата на пост главы МО депутат Народного собрания, активный член «Северного альянса», обладатель золотой медали по вольной борьбе на Олимпийских играх в Сиднее в 2000 году Сайгид Муртузалиев. Естественно, сторонники последнего были несколько обескуражены столь своеобразным подходом первого лица республики к волеизъявлению народа. Дело одним этим высказыванием не ограничилось: 2 марта в Кизляр прибыл чиновничий десант в составе секретаря Совета безопасности республики Ахмеднаби Магдигаджиева, министра внутренних дел Адильгерея Магомедтагирова, главного федерального инспектора по Дагестану Василия Колесникова, вице-премьера Джапарбега Шамхалова и руководителя кадрового управления при президенте Адама Алиева, чтобы объяснить кизлярцам, чьей этнической «вотчиной» является город и район. Рейд оказался неудачным, ибо победителем прошедших выборов стал Муртузалиев, который любезно согласился на эксклюзивное интервью для «НД».

Пожелание президента и предпочтения народа — Сайгид Магомедович, вас выбрали на такой ответственный пост, что лично я не знаю, как быть: то ли поздравить, то ли выразить сочувствие... — Правильным будет и первое, и второе. От прежнего руководства района мне досталось крайне тяжелое наследство, но я с единомышленниками четко знаю, что нужно делать в дальнейшем. У нас есть планы по выводу района из социально-экономического кризиса, есть команда, которая и будет их реализовывать. — Сегодня вы глава муниципального образования. Получается, что кизлярский электорат в определенной мере пошел наперекор воле Алиева, который публично заявил, что руководителем района должен быть русский. — Вообще-то президент Дагестана никогда не говорил, что пост обязательно нужно закрепить за русским. Он просто высказал свое частное мнение. Я знаю одно: Алиев — гарант Конституции России и Дагестана, он никогда не пойдет на нарушение Основного закона. — Циркулируют слухи, что схожее пожелание высказал и полпред президента России в ЮФО Дмитрий Козак... — Это всего лишь слухи. — Но пожелания столь высокопоставленных персон многое значат для рядовых и нерядовых дагестанцев. К примеру, просто высказал мнение президент республики, чтобы ректором ДГПУ стал представитель кумыкской национальности, им он и стал. А по какой причине в вашей ситуации установка не сработала? — Я не знаю, что случилось в ДГПУ. В Кизлярском районе в списки для голосования вначале были занесены имена Вячеслава Бурова, Николая Еремеева, Михаила Цымбалова и мое. Затем Еремеев снял свою кандидатуру. При подсчете голосов я получил 67% голосов избирателей. Мои оппоненты в сумме набрали 17%. За меня проголосовали и русские, и нерусские, хотя я вообще не понимаю такого деления — все мы дагестанцы. Никаких эксцессов в период выборов у нас не отмечалось, ни одной жалобы о нарушениях не поступило. Вот и все дела. — Почему вроде бы креатура власти — Еремеев — отошел от борьбы? — Он себя давно дискредитировал своими деяниями. На встречи с ним как с кандидатом в главы района приходили лишь 5 — 6 человек. Есть масса населенных пунктов, где Еремеев не был ни разу. А ведь руководил он районом около 11 лет. Еремеева редко можно встретить и в самом Кизляре, говорят, что он и его родня постоянно проживают в Ставрополе. Я только знакомлюсь с делами бывшего главы района, но он оставил такой след, что еще долго придется расхлебывать многим и многим кизлярцам: хищения бюджетных средств, махинации с финансами, выделенными на ликвидацию последствий половодий, имущественные злоупотребления, незаконная выдача бюджетных гарантий под кредиты, которых никто и не собирался возвращать, — вот только краткий перечень его деяний. — Вам не кажется, что попытка рассаживания дагестанцев по национальным «квартирам» может внести в общество еще больший элемент деструкции? — Нет, не кажется. У руководства республики, наверное, есть свое видение этой проблемы. — А с какой целью сюда была откомандирована делегация столичных сановников? — Ее члены встретились с активом района. Состоялась обстоятельная беседа. Гости тоже предлагали избрать на пост главы района русского, но актив разъяснил им реальную ситуацию, сложившуюся здесь. Они, кажется, все поняли. — СМИ давали информацию, что министр внутренних дел дал указание участковым милиционерам «разобраться со всеми, кто возглавляет штабы Муртузалиева». Это правда? — Неправда. — Хорошо, что чиновники во всем разобрались. Не исключена и обратная картина. Теперь представьте, что к вам один за другим зачастили ревизоры, контролеры и прочие представители власти. В лучшем случае они не дадут спокойно работать, в худшем — заведут какое-нибудь уголовное дело. Вы не боитесь? — Я боюсь одного Всевышнего. Не думаю, что власть готова игнорировать голос народа, ибо на пост руководителя Кизлярского района меня избрал именно народ. Роль вечного оппозиционера не для меня. Мне кажется, что у руководства Кизлярского района и руководства Дагестана одна цель: благополучие кизлярцев, благополучие всех дагестанцев. Тем более что мы собираемся работать строго в рамках закона. Того воровства, того беспредела, который царил прежде, уже никогда не будет. — Вы довольны работой президента республики? — Да, доволен. Он по кускам разбирает громадные завалы, доставшиеся ему от прежней власти. Кто-то недоволен медленными темпами реформ, но лично мне кажется, что после выборов в парламент дела пойдут намного быстрее. Наверное, будет и смена кадров, перед обществом и властью будут поставлены новые задачи. *** О русских, Бороздиновке, Чечне и прочем — Каково положение русских в районе? Соответствует ли действительности утверждение об их дискриминации? — Никто никого не обижает. Тема дискриминации русских — это заезженный конек местной городской и бывшей районной власти. Впервые эту тему подняли в прошлом году. Мэр Кизляра Вячеслав Паламарчук даже направил делегацию в ЮФО с «правдой» об ущемлении интересов русскоязычного населения и с требованием установления «справедливости». Но тут есть один момент, который нельзя упускать из виду. Да, русские действительно покидали и покидают район и республику, впрочем, как и многие дагестанцы. Но уезжают не потому, что их кто-то унижает, а только вследствие социально-экономического неблагополучия. Есть статистика, которая наглядно показывает, что именно в период пребывания у власти Еремеева и Паламарчука Кизлярский район покинуло наибольшее количество русских. Почему Паламарчук, будучи членом Госсовета от русского народа, ни разу тогда не выносил проблему на обсуждение Госсовета? Все элементарно: именем русского народа эти персоны прикрывали и прикрывают свои неблаговидные дела, решают частные задачи. Как могут говорить о бедах русского народа люди с «чемоданным» настроением: семья Паламарчуков, говорят, тоже готовится к отъезду. А мне некуда ехать: эта моя земля, мой дом, я буду делать все, чтобы здесь хорошо чувствовали себя и русские, и аварцы, и прочие народы Дагестана. У меня жена — русская, у брата тоже. Таких семей по республике полно, и как в такой ситуации можно кого-то унижать? — У вас напряженные отношения с мэром Кизляра? — В частном порядке никаких претензий у меня к нему нет. Но у меня, как у рядового жителя Кизляра, имеется масса претензий к мэру Паламарчуку. Его отец руководил городом 20 лет, затем пост мэра с 1991 года занимает сын, который абсолютно ничего не делал и не делает для города. И кизлярцы ему отвечают взаимной «симпатией». Вот у меня в руках результаты мартовских выборов в городское собрание. «Единая Россия» во главе с градоначальником набрала лишь 29% голосов. На первом месте СПС — 31% голосов, на третьем — коммунисты с 21%. Теперь этот человек снова хочет стать руководителем города. Он уже занялся «обработкой» коммунистов и прочих депутатов городского собрания. — И как вы будете строить с ним взаимоотношения? Ведь противостояние может негативно отразиться на жизни района и города. — Если он повторно станет мэром города, то отношения будут чисто рабочего характера. — При въезде в город, на виду у всех, — лагерь «Надежда» с беженцами из Чечни. Как решается их проблема? — Решение их проблем в компетенции Москвы, Махачкалы и Грозного. У меня нет ни финансовых, ни прочих ресурсов, чтобы удовлетворить требования беженцев. В свое время я оказывал им посильную помощь. Мы в прошлом году вместе с премьер-министром Чечни Рамзаном Кадыровым договорились о возврате беженцев в родное село. Всем была гарантирована личная безопасность, выплаты за потерянное имущество и жилье. Кто-то вернулся, кто-то предпочел остаться. — А каковы вообще взаимоотношения с соседями-чеченцами? — У нас сегодня никаких проблем нет. Я хорошо знаю нынешнего президента Чечни Рамзана Кадырова. Если появятся какие-то эксцессы, то мы их быстро решаем на месте. И чеченцам, и дагестанцам нужно забыть о недавних обидах и помнить, что нас объединяет слишком многое: религия, история, культура, ментальность. — Что известно о заместителе главы администрации Магомеде Омармагомедове, который исчез 17 января при невыясненных обстоятельствах? — Знаю, что этим занимаются правоохранительные органы. Заведено уголовное дело по факту убийства. Другими данными я не располагаю, будем надеяться, что он жив и здоров.