К нашему с отцом горю, умерла жена моего отца: 2,5 месяца назад, скоропостижно, не успела составить завещания.
Мне она - мачеха, меня она не удочеряла.
У нее - у мачехи - остался сын (40 лет) и отец (80 лет, пенсионер).
У обоих есть жилье и они прописаны:
* Сын мачехи совершеннолетний, работоспособный, работает, у него есть 1/3 доля приватизированной 3-х комнатной квартиры, где также живет его мачеха и отец.
* Отец мачехи имеет 100% своей приватизированной 3-комнатной квартиры, причем он сделал дарственную на сына мачехи.
Наша квартира была приватизирована (100%) на мачеху и она в ней прописана.
Я в ней не прописана, но в ней прописан мой отец, но он был прописан там ~10 лет назад, сразу же после приватизации квартиры на мачеху.
~18 лет назад (в период брака) мы поменяли нашу однокомн. квартиру на текущую 2-х комн. квартиру с доплатой, но документов не осталось - тогда их и не было - был просто обмен. (Насколько реально найти прежних владельцев как свидетелей - не знаю, были слухи, что они умерли...)
В общей сложности мой отец прожил с мачехой в этой квартире ~18 лет.
Отец был в официальном браке с мачехой ~24 года.
Расскажите, пожалуйста, какие возможны варианты действий (абсолютно любые) и расклады для моего отца по этой квартире с нашей собакой, чтобы не остаться на улице, а в этой квартире и, по, возможности, получить в собственность бОльшую часть квартиры.
Насколько реально отделить супружескую долю от наследуемой доли?
Искренне надеюсь на Ваши советы и рекомендации.

Крупный бизнес может инвестировать в экономику Юга России только на условиях его поддержки со стороны государства и местных властей. К такому выводу пришли участники прошедшего вчера в Ростове-на-Дону расширенного заседания координационного совета РСПП ЮФО под председательством президента российской палаты А.Шохина. Бизнесмены призвали власти позаботиться о снижении налогов, снятии административных барьеров и устранении поборов со стороны надзирающих структур. Их предложения будут переданы в аппарат полпредства, с тем, чтобы Козак и Шохин могли отстаивать интересы предпринимателей в федеральном правительстве. О том, как именно они это будут делать, на совещании речь не шла.

Президент Чечни Р.Кадыров договорился вчера с заместителем директора Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН) Э.Петрухиным о возвращении в республику чеченцев, отбывающих наказания в виде лишения свободы в различных исправительных учреждениях России. Вдобавок генерал-майор Петрухин наградил Р.Кадырова медалью «За укрепление уголовно-исполнительной системы России». Требование обеспечить гражданам Чечни право отбывания наказания в родной республике только выглядит сепаратистским - примерно как требование разрешить чеченским призывникам отбывать воинскую повинность строго в пределах Чечни. Последнее требование, пусть и действительно идет вразрез с федеральным законодательством о военной службе, давно реализовано на практике. С тюрьмами все проще: в 47-й статье российского Уголовно-исполнительного кодекса говорится, что «осужденные к ограничению свободы отбывают наказание (...) как правило, в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены». Поэтому чеченский президент, требуя возвращения заключенных в республиканские тюрьмы и колонии, ни в коей мере не нарушает федерального закона. Ограничивает Кадырова пока только отсутствие в Чечне достаточного количества нар. В Чечне есть два следственных изолятора, две исправительные колонии и одна колония-поселение. В них терпят лишение свободы около 2 тыс. человек. Вопрос о строительстве новых казенных домов был поднят еще год назад А.Алхановым. Но теперь за строительство возьмется благотворительный фонд им. А.Кадырова. Жителей Чечни в российских тюрьмах за пределами республики насчитывается более 900 человек, среди них несколько десятков женщин. «Видеть их за решеткой должно быть стыдно всему народу, - заметил Кадыров по этому поводу. - С древности наши женщины ассоциируются с хранительницами домашнего очага». Руководство ФСИН готово пойти ему навстречу и перевести в Чечню всех, кроме тех, кто осужден пожизненно. В самых сложных случаях президент республики намерен добиваться пересмотра приговоров, для чего собирается «привлечь опытных юристов».