О причинах последнего возвышения Рамзана Кадырова

Указ Президента РФ об отставке президента Чечни А.Алханова и назначении на пост временно исполняющего обязанности главы республики Р.Кадырова вызвал множество комментариев о причинах, но особенно, о грядущих последствиях этого политического шага. Высказанные суждения можно суммировать следующим образом: назначение Р.Кадырова это большой риск и даже опрометчивый шаг со стороны федерального центра, но альтернативы решению проблемы верховной власти в Чечне в настоящее время нет.
Обращает внимание узость подхода комментаторов к объяснению причин этого события. Чаще всего анализируется аппаратная борьба сторонников обоих чеченских правителей и её увязка с более серьёзной игрой в Кремле, связанной с тем, кто будет управлять Чечней в период президентских выборов в 2008 году. Да, можно проследить постепенную концентрацию власти в руках Р.Кадырова, его кадровую политику, связанную с привлечением в правоохранительные структуры, администрацию и на выборные должности своих сторонников, значительная часть которых начинала контртеррористическую операцию в рядах незаконных вооруженных формирований. И по мере ослабления позиций А.Алханова все громче становились голоса тех, кто через СМИ пророчил новый всплеск сепаратизма в республике. Однако Президент РФ принял именно такое решение, с которым как казалось некоторым, стоило бы повременить. Мол,  существует дуумвират, некая подвешенность власти в Чечне, и это выгодно федеральному центру, который ещё долго сможет лавировать на противоречиях между разными центрами власти в республике.
Но лавировать не значит управлять. Вести дела с теми, кто сейчас у руля не значит искать выход для разрешения кризиса в республике. Чтобы объяснить сложившуюся ситуацию, надо хотя бы в общих чертах обозначить то, как изменилась нынешняя Чеченская Республика в сравнении с предшествующим периодом своей истории. Вряд ли кто-нибудь возьмется аргументировано отрицать то, что в социально-политическом плане ЧИАССР в 1989 году разительно отличается от Чеченской Республики в 1999 году, то есть десять лет спустя. Эти изменения можно сравнить с теми, которые испытал Алжир, после ухода французской администрации в начале 60 годов. Нечеченское население, составлявшее значительную часть управленческого аппарата и хозяйственной элиты, практически исчезло. Вместе с этой категорией населения очень сильно была размыта и профессионально деградировала та часть чеченского общества, которая была тесно интегрирована в существовавшую систему. Нынешняя политическая элита республики делится не по уровню профессионализма и компетенции, а скорее по степени преданности отдельным лидерам, а во вторую очередь – на чьей стороне они были в период контртеррористической операции.
Поэтому очевидно, что в современном процессе восстановления республики, речь не может идти о возрождении той модели, которая существовала 15 лет назад. Как представляется, федеральный центр ставит более прозаическую, но от этого не менее сложную задачу: сформировать из тех сил, которые смуты последних десятилетий вынесли на чеченский политический Олимп, адекватную ситуации элиту. Кадровая политика Р.Кадырова вряд ли свидетельствует о том, что идет подбор антикризисных менеджеров, способных создать эффективную модель экономического развития республики и привести к консенсусу все политические силы в сегодняшней Чечне. Окружение нового главы республики, это скорее «свои» люди, на которых он может положиться, чтобы сохранить и упрочить власть. Поэтому финансовые потоки, как и вся система разграничения полномочий с Москвой будет отрегулирована исключительно в интересах первого лица республики и его окружения. Справедливости ради стоит отметить, что в этом окружении могут быть самые разные персонажи. Большие деньги в сочетании с политическими преференциями всегда привлекали к себе повышенное внимание.
Таким образом, цели федерального центра при назначении Р.Кадырова находятся гораздо дальше, чем выборы 2008 года. Речь идет о формировании в Чеченской Республике политической системы, которая позволит трансформировать нынешнюю вотчину локальных лидеров, которых окружают «свои команды», в выстроенную под нужды одного человека и его приближенных администрацию. Пусть недемократичную, закрытую, с непрозрачными механизмами поступления и распределения средств. В конечном итоге общество, какое-то время пребывающее в состоянии стабильности начинает тяготиться любым авторитарным правлением, которое оно может терпеть и даже приветствовать в период кризиса или войны.
Основные проблемы для федерального центра кроются в ином. Удастся ли решить социально-экономические проблемы населения республики, чтобы избежать повторения взрыва конца 80 начала 90 годов, когда этническое большинство республики потребовало более справедливого распределения социальных благ? Сегодня положение населения гораздо сложнее, чем тогда. Удастся ли сильной «кадыровской» власти удержать республику под контролем большой вопрос. И ещё больший вопрос – захочет ли новая политическая элита Чечни идти по этому пути. Здесь очень большую роль будет играть все элементы системы её взаимоотношений с федеральным центром.
Чечня это своего рода эксперимент. То, что там произошло в 90 годы несколько по иному и гораздо медленнее, но идет в других республиках Северного Кавказа. Геополитическая специфика региона такова, что из него не может надолго выпасть один сегмент. Либо весь регион интегрирован в государственный организм, либо весь отторгается и начинает искать новые ориентиры развития.
http://www.southru.info 25.02.2007