Коммерсант 16.05

"Разговоры о терроризме не должны заменять доказательств"

Вчера поздним вечером присяжные Верховного суда Дагестана оправдали четырех человек, которых обвиняли в убийстве дагестанского министра по национальной политике, информации и внешним связям Загира Арухова и в подготовке других терактов. Во время прений адвокаты доказали, что обвинение было построено только на показаниях их подзащитных. Это уже второй оправдательный вердикт в дагестанском суде за последнюю неделю – такое же решение заседатели приняли по делу обвиняемого в подготовке теракта в районе Гимринского тоннеля.

Перед вынесением вердикта присяжных прошли прения сторон. Гособвинитель Саид Межидов говорил больше трех часов. Он напомнил присяжным, что в 2003 году Расул Макашарипов (Муслим) создал преступное сообщество для совершения терактов и уничтожения сотрудников правоохранительных органов. По версии обвинения, в это сообщество и вступили четверо подсудимых – Джамил Кибедов, Магомедтагир Гашимов, Амирхан Мусаев и Исрапил Изиев. Главным фигурантом рассматриваемого дела являлся 20-летний Джамил Кибедов. Ему было предъявлено обвинение по нескольким эпизодам: тиражирование и распространение листовок экстремистского содержания, подготовка восьми терактов, направленных против военных и милиционеров (семь из них были осуществлены, в результате погибли шесть человек), подрыв прокуратуры Ленинского района Махачкалы 15 апреля прошлого года (двое преступников сбросили на крышу прокуратуры взрывные устройства, помещенные в железные ящики) и организация убийства министра по национальной политике, информации и внешним связям Загира Арухова. Министр и его охранник погибли в подъезде многоквартирного дома в результате взрыва бомбы 20 мая 2005 года. Магомедтагира Гашимова кроме участия в преступном сообществе обвиняли в подрыве прокуратуры, троюродного брата Кибедова Исрапила Изиева – в распространении листовок, Амирхана Мусаева – в нападении на прокуратуру (он подвез террористов на место преступления). Обвинитель Межидов назвал все эпизоды и основных свидетелей по ним, повторил их показания и попросил коллегию присяжных признать всех четверых подсудимых виновными.

– Неужели этот мальчик, которому в момент задержания едва исполнилось 19 лет, похож на махрового террориста? – обратилась к присяжным адвокат Кибедова Саида Каландарова.– Мало верится в то, что Расул Макашарипов стал бы посвящать его в свои дела и советоваться с ним.

Адвокат обратила внимание присяжных на то, что обвинение строится исключительно на признаниях подсудимых. Других подтверждений их вины, будь то документы или свидетельские показания, нет. Действия ее подзащитного не анализируются, из эпизода в эпизод повторяется формулировка: "Кибедов приобрел радиоэлементы и компоненты для изготовления взрывчатой смеси". Однако в обвинительном заключении изложено, что изготавливали, закладывали и приводили в действие взрывные устройства совершенно другие люди. Единственный свидетель по эпизоду подрыва прокуратуры – сварщик, у которого подсудимый Кибедов якобы забирал железные ящики, в которые позже поместили взрывные устройства,– не смог точно сказать, был ли это именно Джамил Кибедов или кто-то, похожий на него. "Закон не запрещает забирать железные ящики",– отметила Саида Каландарова.

Мирзахан Гасанов, защитник Магомедтагира Гашимова, придерживался сходной точки зрения на обвинение: реальных доказательств вины подсудимых нет. По версии обвинения, подсудимый Гашимов участвовал в подрыве Ленинской прокуратуры, а позже предоставил свою квартиру для проживания террористам. Адвокат же уверен, что он просто сдал квартиру незнакомым людям на время своего отпуска. А по эпизоду с прокуратурой есть свидетельские показания, подтверждающие алиби подсудимого: через пять-десять минут после взрыва он находился у знакомых, живущих на другом конце города.

Адвокат Амирхана Мусаева Сергей Квасов напомнил присяжным, что ни один из опрошенных свидетелей или потерпевших не упоминал имя его подзащитного. Более того, сказал он, даже в признательных показаниях других обвиняемых говорится, что Мусаев не знал, кого и с каким грузом подбрасывает к прокуратуре.

– Кибедов виноват в том, что он родственник террориста Шамиля Кибедова,– сказал адвокат.– Изиев виноват в том, что он родственник Кибедова. Гашимов виноват в том, что знал когда-то террориста Махача (Ясина) Расулова. Мусаев виноват в том, что работал по соседству с Гашимовым. На их месте мог оказаться любой. А разговоры о терроризме не должны заменять простых доказательств.

После окончания прений подсудимым предоставили возможность произнести последнее слово. Все четверо были кратки и попросили присяжных вынести оправдательный вердикт. Это заседатели и сделали после многочасового обсуждения. Присяжные сочли доказанными в суде только сами факты совершенных преступлений, участие же в них подсудимых – недоказанным. Правда, из-под стражи оправданных не освободили, пообещав сделать это после оглашения приговора по делу, намеченному на среду.

Это уже второй оправдательный вердикт, вынесенный в Верховном суде Дагестана за последнюю неделю. 11 мая, как сообщал Ъ, присяжные оправдали Дарбишгаджи Газимагомедова, обвиняемого в подготовке теракта в районе Гимринского тоннеля. Прокуратуре не удалось убедить присяжных не только в том, что подсудимый помогал сообщникам закладывать снаряды для подрыва дороги, но и в том, что кто-то вообще намеревался взорвать эти снаряды.

ЮЛИЯ Ъ-РЫБИНА, Махачкала